Смеялся
Кубинские диссиденты бегут из Испании обратно на Кубу
Выдержки:
...
Но по приезде очень быстро выяснилось, что в Испании бесплатно совсем не все. Что в Испании кризис, работы не найти, квартира стоит, как на Кубе целый город, а тысячи евро в месяц с трудом хватает на еду. А потом 18 месяцев прошли, и кубинцы лишились даже этой тысячи. Испанское правительство, от которого Брюссель постоянно требует резать бюджетные расходы, отказалось продлевать пособия кубинцам сверх обещанного. Они не будут тратить из бюджета лишние 2,5 млн евро в год просто потому, что кубинские политзаключенные не могут найти себе работу. В Испании такой проблемой никого не удивишь – там больше 5 миллионов безработных.
...
Но кубинцы-то ждали от демократически избранного правительства совсем другого подхода. И разочарование, постигшее их в Испании, должно быть совершенно чудовищным. Ведь они получили все те свободы, за которые готовы были отдать жизнь на Кубе. Вот вам и свобода собраний, и свобода слова, и политическая конкуренция. А толку никакого.
Кубинские диссиденты думали, что свобода собраний – это когда они собрались на митинг, озвучили свои проблемы, вся страна об этом узнала и бросилась помогать. То же самое со свободой слова: написали про них в газете, все узнали и спешат на выручку. И, уж конечно, им обязательно должны помогать при политической конкуренции – ведь политикам нужны их голоса.
Оказалось, что в Испании они могут реализовывать свои новообретенные права без всяких ограничений, только их положение от этого никак не улучшится. Можно сколько угодно собираться на митинги на главной площади столицы, можно стать постоянными героями публикаций в крупнейших газетах, можно встречаться депутатами от разных партий и передавать им свои избирательские наказы. Никто не будет разгонять демонстрации, цензурировать газеты или гнать из депутатской приемной. Но решать их проблемы тоже никто не станет.
Кубинские диссиденты думали, что свобода собраний – это когда они собрались на митинг, озвучили свои проблемы, вся страна об этом узнала и бросилась помогать. То же самое со свободой слова: написали про них в газете, все узнали и спешат на выручку. И, уж конечно, им обязательно должны помогать при политической конкуренции – ведь политикам нужны их голоса.
Оказалось, что в Испании они могут реализовывать свои новообретенные права без всяких ограничений, только их положение от этого никак не улучшится. Можно сколько угодно собираться на митинги на главной площади столицы, можно стать постоянными героями публикаций в крупнейших газетах, можно встречаться депутатами от разных партий и передавать им свои избирательские наказы. Никто не будет разгонять демонстрации, цензурировать газеты или гнать из депутатской приемной. Но решать их проблемы тоже никто не станет.
...
Переехав в Испанию, они упали на самое дно общества, превратились в жалких маргиналов, в безработных и бездомных голодранцев. И никому нет до них никакого дела, потому что таких, как они, в Испании миллионы, четверть страны не может найти работу и не знает, как платить за ипотеку.
А еще на Кубе их жизнь была, может, и тяжелой, но зато цельной и осмысленной. У них были понятные идеалы, к которым они стремились. Такие замечательные идеалы, ради которых не жалко даже жизнь отдать. Им было как божий день ясно, что все проблемы Кубы – от двух злобных стариков, братьев Кастро. Стоит убрать этих двоих, ввести многопартийность, свободу слова, рыночные реформы – и Куба тут же заживет так же свободно и благополучно, как та идеальная Испания, которая когда-то существовала в их воображении.
А еще на Кубе их жизнь была, может, и тяжелой, но зато цельной и осмысленной. У них были понятные идеалы, к которым они стремились. Такие замечательные идеалы, ради которых не жалко даже жизнь отдать. Им было как божий день ясно, что все проблемы Кубы – от двух злобных стариков, братьев Кастро. Стоит убрать этих двоих, ввести многопартийность, свободу слова, рыночные реформы – и Куба тут же заживет так же свободно и благополучно, как та идеальная Испания, которая когда-то существовала в их воображении.
